Секреты создания iPhone

В июне мы отмечаем 10-летие с того момента, как Apple выпустила свой первый iPhone. А 20 июня вышла книга Брайана Мерчанта The One Device с историей его создания, о длинном пути от кенийских шахт и китайских заводов до офиса в Купертино. The Verge опубликовало отрывки из книги.

Если вы работали в Apple в середине 2000, то могли заметить нечто странное: люди исчезали. Сперва это происходило медленно. Однажды вы замечали пустое кресло там, где вчера сидел звездный инженер. А ключевой человек в команде? Тоже исчез. И никто не мог сказать, куда они делись.

«Я тоже слышал кое-какие слухи о… в общем, было неизвестно, что создается, но было ясно, что множество лучших инженеров из лучших команд забрали в какой-то мистический проект», — говорит Эван Долл, инженер-программист Apple.

Вот что происходило с этими звездными инженерами. Сперва в их кабинетах без предупреждения появлялась парочка менеджеров и закрывала за собой дверь. Менеджеры вроде Анри Ламиро, управляющего отделом инженерных разработок, и Ричарда Уильямсона, управляющего отделом ПО.

Одним из таких звездных инженеров был Андре Буле. Он работал в компании всего несколько месяцев.

«Мы с Анри зашли к нему в кабинет, — вспоминает Уильямсон, — и он сказал: «Андре, ты нас особо не знаешь, но мы много слышали о тебе, мы знаем, что ты блестящий инженер и мы хотим, чтобы ты пришел к нам работать над проектом, о котором мы ничего не можем тебе сказать. Ах да, мы хотим, чтобы ты занялся этим прямо сейчас. Сегодня».

Буле сперва был настроен скептически, а затем — подозрительно. И ответил: «Можно мне немного подумать?» Они ответили нет. Нет, они не могли ему ничего рассказать. И все же, к вечеру Буле подписал бумаги. «Мы делали это снова и снова, по всей компании, — вспоминает Уильямсон. — Некоторые инженеры были довольны своей текущей работой, отказывались и оставались в Купертино. А те, кто соглашался как Буле, шли создавать iPhone».

эплкампус

С того момента их жизнь больше никогда не была прежней, по крайней мере, в ближайшие два с половиной года. Они не только работали сверхурочно, чтобы создать образец важнейшей потребительской технологии, но и посвящали себя этому целиком. Их личная жизнь исчезла, они не могли никому рассказывать о том, над чем работают. Стив Джобс «не хотел, чтобы произошла утечка, если они уволятся, не хотел, чтобы кто-то вообще что-то говорил. У него была настоящая паранойя», — говорит Тони Фаделл, один из топ-менеджеров Apple, помогавший в создании iPhone.

Джобс сказал Скотту Форсталлу, ставшему затем главой отдела ПО iPhone, что он не должен никому даже полуслова шепотом сказать, никому ни в Apple, ни вне компании, никому, кто бы не состоял в команде. «Чтобы сохранить тайну, он не хотел нанимать никого вне компании, — говорит Форсталл. — Но он сказал, что я могу взять себе в команду любого сотрудника». Так он послал менеджеров вроде Анри и Ричарда, чтобы те нашли подходящих кандидатов. И он хотел, чтобы все потенциальные работники знали, что их ждет.

«Мы начинаем новый проект, — говорил он, — такой секретный, что мы даже не можем сказать о чем он. Я не скажу вам, на кого вы будете работать. Зато я могу гарантировать, что если вы согласитесь, то будете работать так, как не работали никогда в своей жизни. Вы будете проводить здесь дни, ночи и все выходные в ближайшие два года, пока мы делаем этот продукт».

Невероятно, говорит Форсталл, но лучшие из лучших согласились на это. «Если честно, каждый в команде был гением», — утверждает Уильямсон. Эта команда из опытных дизайнеров, новичков-программистов, менеджеров, годами работавших с Джобсом, и инженеров, ни разу его не встречавших, стала одной из величайших и малоизвестных творческих сил двадцать первого века.

Благодаря Apple, технологии выглядят как нечто очень простое в использовании. Но в создании iPhone не было ничего простого.

Предупреждения Форсталла сбылись.

«iPhone — причина моего развода», рассказывает Энди Гриньон, старший инженер. Я не раз чувствовал этот посыл во время интервью с ключевыми архитекторами и инженерами iPhone. «Да, iPhone разрушил больше, чем несколько браков», — говорит другой.

«Работа была очень напряженной, вероятно, в профессиональном плане, это было самое трудное время в моей жизни, — говорит Гриньон. — Это была кучка реально умных людей, которых поставили в рамки невозможных сроков, возложили на них невыполнимую миссию, а потом сказали, что от них зависит будущее всей компании. Так что никто не ложил ноги на стол, приговаривая, что предстоит офигенный денек. Все были типа «Вот жопа! Мы в полной жопе!» И каждый раз мы чувствовали, что где-то над нами висит угроза неизбежной кончины проекта».


Идея

iPhone начинался как проект, утвержденный Стивом Джобсом в конце 2004 года. Но его суть зародилась гораздо раньше.

«Я думаю, много людей смотрят на его облик и думают, что он не похож ни на один компьютер, но на самом деле, он как любой другой компьютер, — говорит Уильямсон. — Он сложнее, чем многие другие компьютеры. Его операционная система так же сложна, как ОС на любом современном компьютере. Это — эволюция операционной системы, которую мы разрабатывали последние тридцать лет».

Как и у многих высокодоходных и широко-перенимаемых технологий, у iPhone было множество исходных вариантов. В середине 2000-х в Apple было как минимум пять разных проектов, имеющих отношение к телефону, начиная от маленьких исследовательских попыток и заканчивая масштабным корпоративным сотрудничеством. И, как часто бывает при создании продуктов и технологий, не существовало одной конкретной идеи, ведь всё развивается из множества предшествующих идей, концептов и изобретений. Ни один менеджер даже под присягой не сможет назвать конкретное место и время начала iPhone.

«Было множество вещей, которые привели к разработке iPhone, — сказал в 2012 году Фил Шиллер, вице-президент по международному маркетингу. — Сперва компания Apple была известна как создатель компьютера Mac, что было круто, но доля на рынке была мала. А затем появился этот хит под названием iPod и еще программа iTunes, что изменило восприятие компании обществом. Люди начали спрашивать, а что еще, кроме iPod, вы можете делать? Люди предлагали сделать камеру, автомобиль и другие безумные вещи».

А еще, конечно же, они предлагали сделать телефон.

Выходец из iPod

Когда в 1997 году Стив Джобс вернулся, чтобы взять в свои руки штурвал Apple, он заработал признание и выгоду, когда разделил линейки продуктов и вернул Mac обратно в дело. Но Apple не была главной культурной и экономической силой, пока не был выпущен iPod, который отметил ее вход на рынок потребительской электроники и стал стартовой площадкой для iPhone.

«Без iPod не было бы iPhone», — говорит Тони Фаделл, принимавший участие в разработке обоих продуктов. Фаделл, которого СМИ иногда называют «the Podfather» (игра слов по аналогии с Godfather — «крестный отец», — прим.ред. «Лампы»), предвидел разработку аппаратной части iPhone.

Фаделл — неоднозначная фигура в фольклоре Силиконовой долины и память о нем в Apple также имеет двойственную натуру. Брайан Хаппи и Джошуа Стрикон, ключевые члены команды, создавшие прототип iPhone из ранних набросков, хвалят его за стиль руководства («Создание продукта не должно занимать больше года» — одно из его кредо) и за его смелость быть одним из немногих, кто мог противостоять Стиву Джобсу. Других бесило то, что он присвоил себе заслугу по продвижению iPod и iPhone на рынок. Его звали «Тони Балони» и один из экс-менеджеров Apple посоветовал «не верить ни единому слову Тони Фаделла». Когда Фаделл ушел из Apple в 2008 году, то основал Nest, компанию по созданию умных домашних гаджетов, которую позже за 3,2 млрд долларов купил Google.

«iPhone зародился из факта доминирования iPod, который приносил половину всех доходов Apple. Но в 2001 году, когда iPod только вышел на рынок, его никто не заметил, — говорит Фаделл. — Он был сделан только для Mac и занимал меньше 1% на рынке США. Чтобы загрузить песни и управлять плейлистом, был нужен iTunes, который работал исключительно на Mac».

«iTunes выйдет на ПК только через мой труп»,— заявил Стив Джобс, когда Фаделл высказал идею выпуска iTunes на Windows. Тем не менее, группа Фаделла втайне разрабатывала iTunes, совместимую с Windows. «Прошло целых два года провальных продаж прежде, чем Джобс очнулся. И когда мы стартовали, тогда к нам пришел успех». В 2003 году iPod оказался в руках сотен миллионов людей — больше, чем было владельцев Mac. Более того, iPod стал супермодным, это был хайп, благодаря которому бренд Apple обрел налет крутости. Фаделл получил продвижение по службе и стал предвидеть появление нового продукта.

Однако, положение iPod стало шатким уже в начале 2004. Мобильные телефоны создавали угрозу тем, что могли проигрывать MP3. «Если можно носить только один девайс, то что вы предпочтете? — спрашивает Фаделл. — Вот почему появилась Motorola Rokr».

Rokr

В 2004 году Motorola производила один из самых популярных телефонов на рынке, ультратонкий Razr-«раскладушку». Ее управляющий Эд Зандер дружил с Джобсом, которому понравился дизайн Razr, и вдвоем они стали думать, как Apple и Motorola могли бы сотрудничать. В 2003 году управленцы Apple думали купить Motorola, но решили, что это будет слишком дорого. И так родился «айтюнсфон». Apple и Motorola в сотрудничестве с мобильным оператором Cingular выпустили мобильный телефон Rokr.

На публике Джобс высказывался против идеи того, чтобы Apple делала телефоны. «Проблема телефонов в том, что у нас не очень хорошо получается наладить связь с операторами», — сказал Джобс в 2005 году, имея в виду мобильных операторов Verizon and AT&T, которые решали, какие телефоны могут быть использованы в их сетях. «Операторы имеют решающее слово в отношениях с разработчиками телефонов, они дают им толстенные руководства, где указано, какими должны быть телефоны. А нам плохо удается следовать указаниям».

Но у Джобса имелись и другие соображения. На самом деле его беспокоили не операторы связи, а  то, что «он не был уверен в том, что смартфоны потребуются кому-либо, кроме «карманных гиков».

Партнерство с Motorola было легким способом нейтрализовать угрозу, нависшую над iPod. Они сделают телефон, а мы — iTunes. «Это было типа «Можем ли мы немного пошевелиться, чтобы люди все еще покупали iPod?» Дать им распробовать iTunes и превратить телефон в iPod Shuffle, чтобы они захотели проапгрейдиться до iPod. Такова была изначальная стратегия, — говорит Фаделл. — «Давайте не будет каннибалами и оставим iPod, потому что он так хорош», вроде того».

Как только публика узнала о коллаборации, пошли разнообразные слухи и пересуды. В предвкушении телефона с iTunes, блогеры стали рассуждать о революционном мобильном девайсе, которого все уже давно ожидают.

В Apple же мало кто с нетерпением ждал Rokr. «Все знали, насколько он плох, — со смехом вспоминает Фаделл. — Он был медленный, он ничего не мог изменить, да и песни были ограниченны. Все это было в одном устройстве, которое гарантировало дерьмовый пользовательский опыт».

Но была одна причина, по которой Apple терпела дерьмовость Rokr. «На этих собраниях с Motorola and Cingular Стив собирал информацию», — говорит Ричард Уильямсон. Он пытался понять, как Apple могла бы сохранить контроль над разработкой телефона. Он думал приобрести собственную частоту, чтобы стать владельцем собственного сотового оператора. Apple провела переговоры с Verizon, но две компании так и не смогли договориться, Verizon хотел больше контроля в процессе создания телефона. Тем временем в Cingular стали подумывать над альтернативным предложением Джобса: «Cingular будет эксклюзивным оператором в обмен на полную свободу в разработке девайса».

Мобильный телефон — полный отстой

От Стива Джобса, Джони Айва и Тони Фаделла до инженеров, дизайнеров и менеджеров Apple — все сотрудники Apple думали, что мобильные телефоны — полный отстой. Они ужасны. Просто мусор.

«Apple хорошо удается изменить вещи, которые люди однажды ненавидели», — говорит Грег Кристи, бывший руководитель отдела интерфейсов. До iPod никто не мог понять, как использовать музыкальный проигрыватель, люди возились с портативными проигрывателями скачущих компакт-дисков. А до Apple 2 все думали, что компьютеры слишком сложны для обычного человека.

«За год до того, как стартовал проект iPhone, все в компании ходили и жаловались на то, какие же мобильные телефоны ужасные, — вспоминает Нитин Ганатра, член команды iPhone. — И иногда мы говорили: «Господи, нам нужно прийти и спасти этот рынок тоже. Почему же Apple не делает телефоны!»

iPod-команда

Энди Гриньон не находил себе места. Разносторонний инженер работал в Apple над разными проектами уже несколько лет, то в одном отделе, то в другом. Он приложил свою руку и к ПО iPod, и к iChat, а когда создавал камеру iSight, то познакомился с Тони Фаделлом.

Закончив работу над очередным проектом (Dashboard для Mac), он искал чего-нибудь свеженького. К нему обратился Фаделл: «Не хочешь прийти к нам в iPod? У нас есть что-то очень клевое. Есть один проект, но нам надо сперва убедить Стива. Я думаю, ты очень подойдешь».

«И я пошел работать над этой таинственной вещью. То, о чем говорил Фаделл, оказалось телефоном, — говорит Гриньон. — Но сперва у нас появилась идея оснастить iPod вай-фаем». На протяжении 2004 года они пытались скрестить iPod с интернет-коммуникатором.

«Это был один из первых прототипов, которые я показал Стиву. У нас был iPod с Wi-Fi модулем и программа, это был огромный кусок пластика. У iPod был круг, с помощью которого можно было лазить по сайтам: нажимаешь на круг, страница прокручивается, а если на странице есть ссылка, то она подсвечивается, кликаешь и переходишь по ней, — говорит Гриньон. — Это был первый раз, когда мы использовали круг как форм-фактор».

Стив впервые увидел, что можно пользоваться интернетом на iPod. «И он такой: «Это дерьмо», прямо так и сказал… «Мне это не нравится. Знаю, что работает, я понял, спасибо, но эксперимент так себе», — вспоминает Гриньон.

Майк Белл был ветераном Apple, здесь он проработал 15 лет. Белл был уверен, что компьютеры, музыкальные проигрыватели и сотовые телефоны движутся к неизбежной точке слияния. Месяцами он уговаривал Джобса начать делать телефон.

«Мы угробили кучу времени, запихивая функции iPod в телефоны Motorola, все было шиворот-навыворот. Если бы мы могли просто использовать опыт iPod и то, над чем мы работали, мы бы завоевали рынок». Спорить с этой логикой становилось все труднее. Последние экземпляры телефонов с функцией MP3 становились все больше похожи на iPod, к тому же появлялись альтернативные пути сотрудничества с мобильными операторами. Тем временем, Беллу на глаза попались новые проекты дизайна iPod, которые нарисовал Джони Айв.

Поздно ночью 7 ноября 2004 года Белл отправил Джобсу электронное письмо. «Стив, я знаю, что ты не хочешь делать телефон, — писал он. — Но вот почему мы должны это сделать: у Джони Айва есть несколько реально крутых дизайнов для iPod, их еще никто не видел. Мы должны взять один из них, вложить туда немного софта и сделать из этого телефон. Сами, вместо того, чтобы вкладывать наши разработки в чужие телефоны».

Джобс сразу ему перезвонил. Несколько часов они спорили, Белл рассказал ему свою теорию слияния гаджетов, не забыв упомянуть, что рынок мобильных телефонов переживает глобальный бум. И Джобс сдался.

«Окей, я думаю, нам надо этим заняться», — сказал он.

«Через три-четыре дня Стив, я, Джони и Сакоман встретились за обедом и стартовали проект iPhone».

Тачскрин

Где-то в штаб-квартире Apple все еще валялся старый исследовательский проект планшета с тачскрином. Бас Ординг, Имран Чодри и другие все еще изучали контуры простейшего пользовательского интерфейса, основанного на прикосновениях к экрану.

Однажды Басу Ордингу позвонил Стив. «Мы будем делать телефон», — сказал он.

Несколько лет назад несколько инженеров и дизайнеров создали проект планшета Q79 — экспериментальный пробный девайс типа iPad. Но разнообразные препятствия и (не в последнюю очередь) высокая стоимость привели к закрытию проекта. «Дайте мне то, что я смогу продать», — сказал он Имрану. Но если уменьшить экран и всю систему, Q79 мог сработать как телефон.

«У него будет маленький экран, тачскрин, без кнопок, и он будет работать», — сказал Ордингу Джобс. Он попросил его сделать демо прокручивания адресной книги с помощью мультитач. «Я был очень взволнован, — вспоминает Ординг. — Я подумал «Кажется, это невозможно, но можно попытаться». Все годы экспериментов с тачскрином стали наконец приносить плоды.

Знаменитый эффект «отпрыгивания», когда пролистываешь страницу до конца, родился от того, что Ординг не мог понять, достиг ли он конца страницы. «Я думал, что все зависло, поскольку я пытался прокручивать, но ничего не происходило. Поэтому я начал думать над тем, как сделать так, чтобы возникало ощущение «конца страницы», вместо того, чтобы стрессовать от мысли, что экран перестал работать». Эти незаметные детали, которые сейчас воспринимаются как должное, получались в результате упорного труда и смелых экспериментов.

«Я перепробовал многое и много раз прикладывал множество математических усилий. Это было не так трудно. Самое сложное было добиться правильного ощущения, это непросто». В конце концов Ординг добился того, что использование тачскрина стало ощущаться как естественный, интуитивный процесс.

«Когда я увидел как он скроллит страницу, я подумал: «Господи, мы можем сделать из этого  телефон», — сказал Джобс.

Цельный девайс

В конце 2004 года новость о том, что Джобс хочет сделать телефон, дошла до Грега Кристи. Кристи ждал этого момента почти десять лет: когда он пришел в Apple в 90-х, то стал работать над Newton, самым многообещающим мобильным девайсом тех лет. Кристи пытался продвинуть идею телефона на Newton: «Я помню, что предлагал эту идею много раз. Интернет только начинал свой расцвет и это было бы потрясающе — мобильность, интернет, телефон».

Теперь отдел пользовательских интерфейсов Кристи должен был справиться с этой задачей. Они разместились в старом офисе, с грязным ковром, старой мебелью и протекающей ванной комнатой. Джобс оценил этот кабинет, поскольку в нем не было окон, он был надежно спрятан от посторонних глаз. Уже тогда он установил полную секретность вокруг проекта iPhone. «К нам в кабинет не заходили уборщики, поскольку у нас все идеи были изложены на досках. Неудачные мы стирали, а лучшие оставались на доске», — говорит Кристи.

Одной из главных задач было соединить тач-интерфейс с функциями смартфона. К счастью, кое-какие наработки в этом уже были. Имран Чодри раньше возглавлял дизайн Dashboard — пространства на Mac с виджетами погоды, котировок акций, калькулятора, заметок, календаря. «Идея телефона заключалась в том, чтобы положить все эти виджеты себе в карман», — говорит Чодри.

Оригинальный дизайн большинства иконок был создан за одну ночь. «Это был один из этих безумных дедлайнов Стива», — вспоминает Имран. Он и Фредди Анзурес провели ночь напролет, рисуя проекты того, что позже стало дизайном иконок iPhone. «Смешно, что иконки, которым сейчас уже по 10 лет, были нарисованы за несколько часов».

Сетка иконок, которой нас приветствует экран iPhone, кажется очевидным решением. Однако, и здесь было изначально несколько вариантов. Например, вначале дизайнеры раздумывали над списком иконок с названиями, стоящими рядом. Затем все же остановились на сетке и в этом тоже есть заслуга Имрана Чодри. Чтобы выяснить оптимальный размер иконок для нажатия на них пальцем, команда Чодри сделала несколько деревянных моделей телефонов, чтобы протестировать все своими руками.

И хотя демки и проекты были многообещающими, разработчикам не хватало единого понимания того, каким должен быть телефон с тач-экраном.

«Все было не более, чем набросками, маленькими фрагментами идей похожими на тапас, мексиканские закуски — немного того, немного другого. Чуть-чуть адресной книги, кусочек Safari», говорит Кристи. Тапас не насытили бы Джобса, ему был необходим полноценный обед. Так что презентации раздражали его все больше и больше.

«В январе он взорвался и заявил, что мы ничего не понимаем, — вспоминает Кристи. — Это как если бы писатель дал редактору текст с парой предложений из вводной части, несколькими словами из основного текста, а затем что-то, вырванное из середины заключения».

«Стив предъявил нам ультиматум. Он сказал, что у нас есть две недели. Стоял февраль 2005 и мы бросились выполнять задание». Команда из шести дизайнеров и проект-менеджера провела две бессонные недели, доводя до совершенства форму и вид iPhone, пока в конце концов не появилось что-то похожее на цельный девайс.

«Не сомневаюсь, что если бы я показал вам сейчас этот демонстрационный экземпляр, вы бы без труда узнали в нем iPhone», — говорит Кристи. У телефона была кнопка Home, на нем можно было скроллить и проводить мульти-тач манипуляции.

«Мы показали все это Стиву. Показали домашний экран, как поступает звонок, как запустить адресную книгу и как выглядит Safari. На этот раз это не был набор умных фраз, мы представили единую историю».

И Джобсу понравилась эта история.

«Это был полный успех. Джобс хотел просмотреть презентацию еще раз. Все, кто видел ее, подумали, что она великолепна», — говорит Кристи.

Это означало, что проект незамедлительно становился еще более, совершенно секретным. После февральской презентации на каждом конце коридора были установлены двери, которые могли открыть лишь владельцы пропуска. «Локдаун, — говорит Кристи. — Кажется, так называется в тюрьме режим строгой изоляции. Да, у нас был полный локдаун».

А еще это означало, что впереди — еще больше работы. Если обсуждения тач-интерфейса были прологом, прототипирование — началом, то теперь наступал второй акт пьесы под названием «iPhone». Теперь Джобс хотел показать проект телефона всей компании. В Apple Джобс регулярно устраивал встречи с лучшей сотней сотрудников, где объяснял дальнейшие пути продвижения компании, где обсуждались будущие продукты и стратегии. Джобс готовился к презентации телефона на встрече с топ-100 так же тщательно, как к публичным презентациям своих продуктов.

Теперь команде Кристи предстояло ответить на несколько дополнительных вопросов. Например, какие у него будут приложения, как должен выглядеть календарь, почта? Проиграть песни с iTunes, включить видео. «Каждый шаг делал iPhone все более конкретным, более реальным». Он стал обретать форму. «Можно было коснуться значка «Почты» и посмотреть, как она работает, то же с веб-браузером. Все еще не функционировало полностью, но этого было достаточно, чтобы ухватить идею», — говорит Ординг.

«Это была тяжелая, изматывающая работа. Я бронировал работникам номера в гостиницах, потому что не хотел, чтобы они ехали домой. Некоторые оставались ночевать у меня. Но в то же время, все были вдохновлены», — говорит Кристи.

Результаты поразили Стива Джобса и всех остальных. Презентация на встрече с топ-100 потрясла всех.

iPod-телефон

Когда Фаделл услышал, что проект начинает обретать форму, то схватил свои чертежи iPod-телефона и направился на собрание. «На собрании говорили о распределении работы над телефоном между командами. Тони держал все свои карты в рукаве, и когда все получили утверждение от Стива, он сказал: «Секундочку. Вот прототип, над которым мы работаем», и продемонстрировал полноценный дизайн телефона.

iPod был самым успешным продуктом Apple, телефон бы отъел значительную долю iPod, поэтому почему бы не сделать iPod-телефон?

«Возьмите лучшее от iPod и запихните туда телефон, — сказал Фаделл, — чтобы можно было общаться и брать любимую музыку с собой, а мы бы не потеряли известный бренд, в который мы вложили полмиллиарда долларов».

Команда iPod Фаделла не была введена в курс того, что происходило в команде интерфейсов Кристи. Помните, что хотя все знали, что компания собирается делать телефон, не было понятно, как он должен выглядеть, каким он должен быть.

«В 2005 году Тони стал говорить о том, что мы будем делать телефон, — вспоминает Дэвид Тупмэн, занимавшийся в то время аппаратной частью iPod.  — И я сказал, что хочу этим заниматься, хочу быть руководителем. А он мне сказал нет, ты не можешь. Они провели несколько интервью с кандидатами и, кажется, не смогли найти подходящего человека, так что я такой типа: «Эй, я еще здесь!». И Тони сказал: «Ладно, давай».

«Не уходи»

Ричард Уильямсон находился в кабинете Стива и собирался обсудить то, что никто не решался обсуждать — свой уход из Apple.

Несколько лет он вел команду, работавшую над фреймворком для Safari под названием WebKit. Вот что вам нужно знать: в отличие от остальных продуктов в Apple, WebKit был платформой с открытым кодом, open-source. До 2013 на WebKit работал Chrome, браузер от Google. Другими словами, это было крутое ПО, а Уильямсон имел славу «рок-звезды Силиконовой долины». Но работая над апгрейдом этой платформы, Уильямсон выгорел.

«Я прошел через три-четыре версии WebKit и собирался уйти в Google, когда Стив пригласил меня к себе», — говорит Ричард.

И Стив был недоволен.

Когда вы слышите выражение «успешный компьютерный инженер», то представляете себе образ того, кем был Уильямсон: очкарика-задрота, умника в рубашке с пуговицами. В 80-х друг уговорил его начать писать программы для одного из ранних ПК. «Мы написали программу под названием Marauder, которая делала архивные бэкапы дисков, защищенных от копирования, — смеется он. — Это если говорить дипломатично». На самом деле они создали инструмент, позволявший делать пиратские копии.

В 1985 году Уильямсон встретился с тремя сотрудниками фирмы NeXT (компании, которую основал Джобс, когда покинул Apple), включая Стива Джобса. Он показал им свою программу и они сразу же наняли его. Так молодой программист проведет следующую четверть века в компании Стива Джобса и станет разработчиком основного программного обеспечения iPhone.

«Не уходи, — сказал Джобс Уильямсону. — У нас есть новый проект, который может тебя заинтересовать».

Уильямсон попросил взглянуть на проект. В плане программного обеспечения над проектом еще никто не работал, все еще было на стадии идеи в голове у Стива. «У Google также имелась для меня интересная работенка, так что это был переломный момент».

«Я заметил, что этому телефону потребуется технология экрана, которой еще нет, но Стив убедил меня, что у нас есть экран. Стив такой. Он всегда умел меня убеждать, еще со времен NeXT».

Конечно же Уильямсон остался.

А или Б

«Стив хотел сделать телефон как можно быстрее. Но вопрос был в том, какой телефон ему нужен?» — говорит Уильямсон.

Было два варианта:

а) взять за основу всеми любимый и узнаваемый iPod и сделать из него телефон (технологически это было проще, к тому же Джобс изначально представлял себе iPhone не как мобильный вычислительный девайс, а как улучшенный мобильный телефон);

б) уместить Mac в малюсенький планшет, способный делать звонки (это была прекрасная идея, хоть и немного футуристичная).

«После большой презентации инженеры стали думать, как воплотить этот концепт с точки зрения аппаратной и программной части», — говорит Ординг.  То, что инженеры, впервые изучившие идею, были настроены скептически — мягко сказано. Они говорили: «Господи, мы не знаем, но здесь до кучи работы. Мы даже не знаем, сколько именно работы потребуется».

Необходимо было сделать так много работы с таким огромным количеством новых и непроверенных технологий, чтобы было трудно наметить даже примерный план работы, попытаться представить себе все этапы.

Кому Rokr

Тем временем, работа над Rokr продолжалась весь 2005 год. «Мы все думали, что Rokr — это такая шутка», — говорит Уильямсон. Стив Джобс не видел Rokr вплоть до сентября 2005 года, до момента презентации его миру. А когда увидел, то был поражен. «Он говорил: «Что это, как можно это быстро исправить?». Он знал, что Rokr будет не очень хорош, но не настолько. Стив даже не хотел демонстрировать его на сцене, так ему было стыдно».

На презентации Джобс держал телефон так, будто у него в руках грязный носок. В какой-то момент Rokr не смог переключиться со звонка на проигрывание музыки, от чего Стив заметно взволновался. Чтобы спастись, он сделал упор на iPod Nano, превознеся его как гвоздь вечера, приведя в негодование менеджеров Motorola.

Видео с презентации Rokr

«Когда он сошел со сцены, то был очень разочарован», — говорит Фаделл. Журнал Wired поместил телефон на обложку под заголовком «И вы зовете это телефоном будущего?», а покупатели возвращали Rokr обратно в магазины в шесть раз чаще, чем в среднем по отрасли. Несостоятельность телефона застала Джобса врасплох и его гнев добавил мотивации в создании собственного телефона.

«Так оно и случилось. Мы сказали: «Идите в жопу, мы сделаем свой собственный телефон», — говорит Фаделл.

Р1 и Р2

Стив созвал большое совещание. Там были Фил Шиллер, Джони Айв и все-все-все. Он сказал: «Послушайте. Наши планы изменились… Мы будем делать телефон на базе iPod, потому что это более реально». Это был проект Фаделла. Джобс велел Ордингу, Чодри и другим членам команды интерфейсов разработать интерфейс для iPod-телефона, чтобы набирать номера, выбирать контакты, серфить в сети с использованием проверенного колесика iPod.

Два проекта разделились, оставаясь полностью секретными, они получили код P1 (iPod-телефон под руководством Фаделла) и Р2 (гибрид Мас и мультитач-технологии под руководством Форсталла). Дизайнеры из отдела интерфейсов Кристи работали над обоими проектами.

Это решение разделить проект iPhone на две состязающиеся между собой команды привело к тому, что менеджеры-соперники едва могли держать себя в руках, если им приходилось находиться в одном помещении. Впоследствие многие уволились, другие были уволены, а в пост-Джобс эру один из них взял роль лидера Apple на себя.

А пока дизайнеры, инженеры и программисты делали все, чтобы претворить iPhone в жизнь.

Пурпур

У каждого секретного проекта есть кодовое название. У iPhone таким кодом было «Пурпур».

«Мы полностью заблокировали одно из зданий в Купертино, — вспоминает Скотт Форсталл, ставший у руля программного обеспечения iPhone. — Все началось с блокировки одного этажа, где работала команда интерфейсов Грега Кристи. Поставили считыватели, камеры, чтобы добраться до некоторых лабораторий приходилось по четыре раза доставать пропуск. Этот этаж был назван Пурпурным общежитием, поскольку, люди находились там круглосуточно, как в общежитии».

На двери повесили табличку «Бойцовский клуб», поскольку первое правило: «Не говорить о бойцовском клубе», а первое правило о проекте «Пурпур» не говорить о нем, выходя за эти двери.

Почему пурпур? Немногие могут вспомнить. Одна теория утверждает, что проект был назван в честь фиолетовой игрушки инженера Скотта Херца, которую он сделал символом системы Radar, системы, где инженеры отслеживали баги и недоделки.

Скотт Форсталл, родившийся в 1969 году, всю свою жизнь работал с Apple. В старших классах, благодаря своим математическим способностям, он попал в «продвинутую» группу, сидевшую за компьютерами Apple II. Он научился программировать, в 1992 году закончил Стэнфорд и получил работу в NeXT.

После выпуска переоцененного компьютера, NeXT провалилась на рынке, но выжила благодаря лицензированию свой мощной ОС NeXTSTEP. В 1996 году Apple купила NeXT, вернула себе Джобса и решила использовать NeXTSTEP в качестве замены устаревшей ОС на Маках. NeXTSTEP по сей день является основой того, на чем работают Mac и iPhone. Под руководством Джобса Форсталл взлетел по карьерной лестнице, подражая своему идолу в стиле руководства и вкусах. Бывшие коллеги вспоминают о нем, как об умном руководителе, но чересчур подражающем Джобсу: «В целом, он был хорош, но иногда хотелось сказать ему, просто будь собой».

Форсталл привел в проект Р2 нескольких лучших инженеров, с которыми он работал со времен NeXT, в том числе Анри Ламиро и Ричарда Уильямсона. В шутку он назвал их «NeXT-мафия». Частенько они и взаправду вели себя так, словно являлись частью тесно-связанной, секретной организации.

Первый телефон

Главным соперником Форсталла был Тони Фаделл. «С политической точки зрения, Тони хотел подобрать под себя всё, — говорит Гриньон, — программное обеспечение, техническое… Как только люди увидели важность этого проекта для Apple, то захотели непременно в нем участвовать. И тогда началась эпическая битва между Фаделлом и Форсталлом».

Поработав вместе с Форсталлом над проектом Dashboard, Гриньон общался и с тем и с другим. «С нашей точки зрения, Форсталл и его команда воспринимались как неудачники, пытавшиеся пробиться наверх, — говорит Гриньон. — У нас была полная уверенность, что наша команда Р1 победит, поскольку это был проект Тони, а Тони был ответственен за миллионные продажи iPod».

Итак, команда начала работать над iPod-телефоном, который бы был одновременно музыкальным плеером и телефоном. «У нашего прототипа было кликабельное колесо, чувствительное к нажатию, кнопки Play/Pause/Next/Previous с синей подсветкой. А когда включался режим телефона, то вся подсветка менялась на оранжевую. На колесе, как на старом телефоне, были цифры от 0 до 9 и буквы по краям, ABCDEGF».

US07860536_20101228_D00000

Проблема заключалась в том, что девайс было трудно использовать в качестве телефона. «После того, как мы сделали первую версию ПО, стало ясно, что это путь в никуда, — говорит Фаделл. — Все из-за этого интерфейса с колесом, никто бы не хотел иметь дело со старым диском».

Дизайнеры упорно пытались найти решение. «У меня появилось несколько идей предиктивного ввода, — говорит Бас Ординг. — У нас внизу экрана был выложен алфавит, и люди использовали колесо для выбора букв. И можно было «клик-клик-клик», и получить «Привет, как дела». Я сделал так, чтобы оно обучалось в процессе набора и создавало базу данных слов». Но все равно процесс был слишком сложным.

«Было очевидно, что мы перегружаем колесо, — говорит Гриньон. — Набор текста и номеров телефонов был просто ужасен».

«Мы перепробовали все и ничего не срабатывало. Стив наседал на нас, а мы такие: «Стив…». Я думаю, что он все знал. Я видел это по его глазам, он просто хотел, чтобы это сработало, не хотел сдаваться. Он продолжал пришпоривать мертвую лошадь, пока от нее ничего не осталось», — говорит Фаделл.

Они даже подали заявку на патент, а офисы и лаборатории в Купертино были завалены работающими iPod-телефонами, которые могли звонить.

Таким образом, первые звонки с телефона от Apple были совершены не с футуристического тачскрин-интерфейса, а со стимпанковского дискового телефона.

«Мы были близко, — говорит Ординг. — Мы могли закончить его и выпустить готовый продукт… Но затем, думаю, однажды Стив проснулся и подумал: «Это не так круто, как та тач-штука».

Оставайся или вали

Когда Фаделл впервые увидел планшет от команды Р2, он был поражен и ошеломлен. «Стив затянул меня в какую-то комнату и сказал: «Посмотри на это». Ребята делали тач-Mac. На самом деле, там стоял стол для пинг-понга, проектор и большой тач-скрин».

«Вот из чего я хочу сделать телефон», — сказал Джобс.

«Да, Стив, конечно. Он даже не близок к стадии производства. Это прототип и он не реальных размеров, это прототип-стол. Это научный проект, готовый на 8%».

Дэвид Тупмэн был более оптимистичен: «Мы должны найти способ, чтобы все работало». Он был уверен, что инженерные вопросы могли быть решены. «Давайте сядем, пройдемся по цифрам и сделаем это».

iPod-телефон терял поддержку. Менеджеры спорили, какой проект лучше, но у Фила Шиллера, главы маркетинга Apple был ответ: никакой. Он хотел физическую клавиатуру. BlackBerry был первым хитовым смартфоном. У него был e-mail и крошечная физическая клавиатура. После того, как все, включая Фаделла, стали спорить, что мульти-тач — более прогрессивная технология, Шиллер оказался в одиночестве.

«Он просто сидел и каждый раз говорил: «Нет, у нас должна быть настоящая клавиатура. Нет. Клавиатура. Он не слышал наших доводов и говорил: «Вы должны поставить настоящую клавиатуру», — вспоминает Фаделл.

«Фил — не техногик, — говорит Бретт Билбрей, бывший глава группы продвинутых технологий Apple. — Иногда приходилось как ребенку объяснять ему те или иные вещи, потому что он смотрел на технологии, как средний американец, как дедушка и бабушка».

Когда на собрании все окончательно решили использовать мульти-тач и виртуальную клавиатуру, Шиллер взорвался. «Мы принимаем неверное решение!» — вскричал он.

«Стив посмотрел на него и сказал: «Я устал от этой темы. Мы можем от этого избавиться?» И он выгнал его с собрания, — вспоминает Фаделл. — Стив и Фил поговорили в коридоре. Он сказал ему: или оставайся в программе или вали отсюда. И тогда Шиллер сдался».

Это все прояснило: телефон будет основан на тач-скрине. «Мы все знаем, что хотим этого, — сказал Джобс, указывая на тач-скрин, — так давайте сделаем так, чтобы оно работало».

Второй раунд

После того, как закончился холивар между командами Р1 и Р2, возник новый вопрос — какая должна быть операционная система, будет ли телефон позиционироваться как аксессуар или как мобильный компьютер.

«Команда Тони спорила, что мы должны развить ОС iPod, это было очень рудиментарно. А я, Анри и Скотт Форсталл хотели взять за основу ОС Х и уменьшить ее», — говорит Ричард Уильямсон.

NeXT-мафия видела возможность создать настоящий мобильный компьютер, в который можно было бы запихнуть операционную систему Mac и версии приложений на Mac. Они знали ОС вдоль и поперек, ведь она была основана на коде, с которым они работали больше десяти лет. «Мы точно знали, что мощности компактного ARM-процессора хватит на современную ОС», — говорит Уильямсон.

Команда iPod думала, что это слишком самоуверенно и что телефон должен использовать версию Linux, ОС с открытым кодом, использовавшую маломощные ARM-чипы. «Мы с самого начала были нацелены на iPod, а никого не волнует, какая на нем ОС, ведь это всего лишь аксессуар. И мы видели телефон в том же свете», — говорит Энди Гриньон.

Вспомните, ведь даже после запуска iPhone Стив Джобс описывал его больше как iPod, а не как компьютер. Но те, кто экспериментировал с тач-интерфейсом, были восхищены возможностями, которые он предоставлял в плане вычислений и интерфейса «человек-машина». «Говорили, что это просто iPod с телефоном. А мы говорили: Нет, это ОС X c телефоном», — говорит Анри Ламиро. «В этом была вся суть конфликтов с командой iPod, потому что они думали, что они знают все о программном обеспечении малых гаджетов. А мы такие: Нет, нет, все окей, это всего лишь компьютер.»

«Нас вообще не заботил телефон, — говорит Уильямсон. — Телефон здесь не важен. Ведь по сути, это модем. Но какова будет операционная система, какова будет парадигма взаимодействия?» Вот где были корни философских разногласий: программисты видели P2 не как шанс создать телефон, а как возможность придать форму телефона девайсу, который, подобно Троянскому коню, будет на самом деле сложным мобильным компьютером.

«Время загрузки было просто смешным, — вспоминает Энди Гриньон. Его версия на ОС Linux была простая и быстрая. — «Пр-р-рт» и всё, она уже работает».

А у команды Mac первая загрузка системы была такая: «Шесть рядов косых линий, «динк-динк-динк-динк», затем она загружалась, затем зависала, вновь возвращалась и ты такой: «Вы что, серьезно? И на этом должен работать ваш девайс?».

«Нам пришлось доказывать, что вариант ОС Х сможет работать на этом устройстве», — говорит Уильямсон. «Мы хотели, чтобы наша версия телефона для Apple стала реальностью, а не этот айподотелефон», — говорит Нитин Ганатра.

Первым делом надо было продемонстрировать Джобсу тот скроллинг страницы, что так восхитил его в демо-версии. Уильямсон скооперировался с Ордингом и им это удалось. «Это работало и выглядело удивительно достоверно. Когда ты касался экрана, он точно отслеживал твое касание, ты тянул вниз и страница шла вниз».

Это, по словам Уильямсона, забило последний гвоздь в крышку гроба Linux. «После того, как мы портировали ОС Х и освоили скроллинг, было принято решение забить на iPod».

Итак, Скотт Форсталл и его NeXT-мафия занялись ПО iPhone, Фаделл взялся за аппаратную часть, а iPhone обрел тач-скрин и мощь мобильного компьютера.

Подпишись на наш канал в TG